Записки сумасшедшего Алекса

Гугл выдал :)
Читать далее 'рекурсия — см рекурсия'

Молодой мужчина безнадежно влюблен. Он страдает, так как она его
не любит.
Сидит на берегу реки и обращается к Богу, и Бог вдруг его услышал.
— Что печалишься, сын мой?
— Да вот... Люблю Hастюшку свою. Страдаю. А она на меня ноль внимания.
А мне нет жизни мне без нее. Топиться пришел.
— Чем помочь тебе сын мой?
— Сделай меня чуть красивей. Может я так ей больше понравлюсь?
— Хорошо. Проси.
— Сделай мне нос как у Аристотеля, а то какой-то курносый и не красивый.
— Хорошо. Сделано.
— И губы более пухлые, подбородок чуть помужественней. Она любит такой.
— Сделано.
— Рост повыше. Хочу быть высоким, стройным. Ей нравятся такие.
— Сделано.
— И мышц везде побольше. Будто спортсмен я. Hастюшка в восторге будет.
— Сделано.
— А тачку можешь мне подарить? Порш 911. Ее любимая машина.
— Хорошо. Что еще?
— Hу... (замялся). Мозгов бы мне чуть побольше. Кроссворды будем вместе
разгадывать.
— Мозги это хорошо. Сделано.
Парень осмотрел себя со всех сторон, на тачку посмотрел и с криком Хей!
побежал к машине.
Бог:
— Стой. Ты куда, сын мой? Она же еще на работе.
— Кто? Hастька? Да сдалась она мне. Hеужто я с такой тачкой и телом
себе нормальную бабу не найду?!
— Эх... (вздохнул Бог)... надо было сразу ему с мозгов начинать.

Мефистофель:
Божок Вселенной, человек таков,
Каким и был он испокон веков.
Он лучше б жил чуть-чуть, не озари
Его ты Божьей искрой изнутри.
Он эту искру разумом зовет
И с этой искрой скот скотом живет.
Прошу простить, но по своим приемам
Он кажется каким-то насекомым

— Святой отец, Вы разрешите мне задать Вам странный вопрос?
— Только в том случае, если получу право дать на него столь же странный ответ, — улыбнулся камерарий.
— Я спрашивал об этом у всех знакомых мне духовных лиц, — со смехом прояснил лейтенант, — но так до конца и не понял.
— Что же Вас тревожит? — камерарий энергично шагал впереди гвардейца, и полы его сутаны при ходьбе слегка распахивались, открывая черные туфли на каучуковой подошве.
Лейтенант набрал полную грудь и выпалил:
— Я не понимаю как соотносится Его всемогущество с Его милостью!
— Вы изучаете Священное Писание? — улыбнулся камерарий.
— Пытаюсь.
— И Вы находитесь в растерянности, поскольку Библия называет Творца одновременно всемогущим и всемилостивым, не так ли?
— Именно.
— Понятие всемогущества и милости трактуется очень просто: Бог может все и всегда нацелен на добро.
— Да, эту концепцию я понимаю. Но мне кажется... что здесь скрыто противоречие.
— Ясно. Противоречие Вы видите в том, что в мире существуют страдания: голод, войны, болезни...
— Точно! — Шартран был уверен, что камерарий его поймет. — В мире происходят ужасные вещи. И многочисленные человеческие трагедии говорят о том, что Бог не может быть одновременно и всемогущим, и милостивым. Если Он нас любит и в Его власти изменить ситуацию, то почему Он этого не делает? Ведь Он способен предотвратить страдания, не так ли?
— Вы полагаете? — строго спросил камерарий.
Шартран ощутил некоторую неловкость. Неужели он задал вопрос, который задавать не принято?
— Не знаю, как это лучше выразить... Если Бог нас любит, то Он может нас защитить. Он должен сделать это. Поэтому складывается впечатление, что Он всемогущ, но равнодушен или милостив, но бессилен.
— У Вас есть дети?
— Нет, — заливаясь краской, ответил гвардеец.
— Представьте, что у Вас есть восьмилетний сын... Вы бы любили его?
— Конечно.
— И Вы были бы готовы сделать все, что в Ваших силах, дабы он избежал боли и страданий?
— Естественно.
— Вы позволили бы ему кататься на скейтборде?
Шартран заумался. Несмотря на свой сан, камерарий часто казался очень приземленным. Или слишком земным.
— Да, позволил бы, — протянул лейтенант, — но в то же время предупредил бы его о необходимости соблюдать осторожность.
— Итак, являясь отцом ребенка, Вы дали бы ему добрый совет, а затем отпустили бы его учиться на собственных ошибках, не так ли?
— Я определенно не побежал бы рядом, чтобы с ним нянчиться. Если Вы это имеете ввиду.
— А если он вдруг упадет и оцарапает колено?
— Это научит его впредь быть осторожным.
— Итак, несмотря на то что Вы имеете власть вмешаться в ход событий, чтобы предотвратить ту боль, которую может испытать Ваш сын, Вы проявляете свою любовь к нему тем, что позволяете учиться на собственных ошибках?
— Конечно. Боль — неотъемлемая часть взросления. Именно так мы учимся.
— Вот именно, — кивнул камерарий.

22.09.2007, концерт. Снято на камеру, затем оцифровано, так что не пинать.

http://alegzz.ifolder.ru/3596229

ну и многие моменты тоже знаю...

UPD. ссылка исправлена. почему файл называется «накол» тоже не спрашивайте :D